October 27th, 2015

Марина

Отряд не заметил потери бойца...

Отсутствие майит и голубок сегодня прошло незамеченным. Ну, так им и надо.
А мы ездили с мамой к глазному. На такси. Мама, как всегда, развлекала водителя разговором. Заговорили мы о памятнике Гагарину, мимо которого ехали, тут мама и говорит: "Сейчас, кажется, новых памятников и не ставят". "Как же, - говорит шофёр, - ставят. Вот на месте моего ресторана поставили. Снесли ресторан, поставили памятник, так я и остался без бизнеса". А когда ехали мимо Академии наук, он ударился в воспоминания: "Когда я защищался, вот сюда мою диссертацию отправили на отзыв. А потом с отзывом отослали обратно в Армению". "Надо же, - говорю, - нас везёт кандидат наук!" - "Доктор," - отзывается он. "Так что же, - спрашиваю, - вы бросили науку и занялись бизнесом, а бизнес..." - "Я бросил науку, потому что... Сделали мы одно открытие, нас тут же засекретили, заставили работать на военных. Каждый день идёшь в первый отдел, отмечаешься, тебе под расписку выдают портфель... Надоело всё это. Они хотели использовать наше открытие. Если попроще объяснять, гиперболоид сделать. Направляешь на Луну, скажем, поток энергии и херачишь её на куски. Я им объяснял, что это невозможно, а они: вот ты и будешь делать. Нет, что-то полезное мы, конечно, сделали: изобретений много... " Потом рассказывал, что когда ушёл, приехал в Москву к какому-то знаменитому академику, тот сказал: не могу тебе дать достойной зарплаты. Назвал сумму, на которую от силы неделю прожить можно. "А семью-то надо кормить. Я занялся бизнесом. Ну ничего, детей своих обеспечил: сын банкир, дочь... (вот тут я забыла)" - "А вы-то что на такси работаете?" - "Дома сидеть не могу. В то же время под начало ни к кому идти не хочется: я привык, что сам себе хозяин". Был ещё рассказ про отца, который был то ли директором, то ли главным инженером какого-то крупного завода, делал аппаратуру на экспорт. О несостоявшемся визите к академику Сахарову с каким-то другим академиком, другом отца. Когда подходили к дому Сахарова, из-под земли, естественно, вырос кагебешник и настоятельно не рекомендовал, назвав академика по имени и отчеству.
В конце концов мы приехали как раз на словах о том, что он привык быть сам себе хозяином.
Правда ли всё это, нет ли... Интересно всё равно.